Интервью в «Нетоскопе»: максималист, фантазер и практик

Копия моего интервью, которое было опубликовано в «Нетоскопе» 21 декабря 2000.
Александр Гагин — максималист, фантазер и практик
Наталья Хайтина
Александр Гагин — один из старожилов Рунета. Он — автор первого авторского обозрения Сети «Паравозов News», участвовал в создании и становлении компании «Нетскейт», первой российской компании, которая профессионально занималась интернет-контентом. В 97-99 годах являлся главным редактором журнала «Интернет». Сейчас Александр работает в интернет-структуре «Медиа-Моста» — компании «Мемонет».

— Сейчас уже, пожалуй, мало кто знает, что Александр Гагин и Иван Паравозов — это одно и то же лицо.
— Сейчас уже вообще мало людей знает, кто такой Паравозов.

— Тем более. Поэтому давай начнем сначала. «Паравозов News» — это самое старое авторское обозрение Сети в России?
— Когда-то я считал, что из регулярных — первое. В какой степени это верно — не знаю.

— «Паравозов» появился в ноябре 96-го?
— Да. Из больших авторских проектов тогда был Zhurnal.ru. А в явном виде такого формата, как обозрение, не было.

— Когда ты начинал делать «Паравозов News», чем ты занимался в этой жизни?
— Я работал тогда в сервисном центре в компьютерной конторе Jet Infosystems. Она занималась продажей компьютеров Sun и связанных с ними софта и сервисов, и, насколько я знаю, благополучно делает это до сих пор. Я пришел в Jet в 1994 году, чтобы заниматься там Интернетом. Но практическая применимость Сети не была тогда достаточно высока, чтобы заниматься этим fulltime, и я быстро стал системным администратором, а к моменту, когда начал писать «Паравозов-News», уже работал в сервисном отделе и занимался странной деятельностью по документированию сервисных процессов. Нужно было сертифицировать техническую службу (ключевое слово — ISO-9000), чтобы получить официальный уровень сервисного центра. Для этого надо было иметь в документальном виде должностные инструкции, описания производственных процессов и т.д. Я готовил пачку документов, которая описывала деятельность сервисного центра. Сейчас, глядя на то, как строятся сайты и как, по-хорошему, нужно их строить, обнаруживается очень много пересечений. Поэтому опыт, который был тогда получен, мне пригодился, хотя и не явным образом. Как, кстати, и сисадминство — я ведь был администратором юниксовым таким, нормальным, параноидальным, все как надо. На будущее это дало, с одной стороны, понимание технологии и идеологии, а с другой — построение некоторых административных принципов в моей голове.

— Насколько я знаю, системным администратором, как и почти все системные администраторы, ты был не по образованию, а по призванию. А профессию получал в свое время — физика.
— Да, конечно. Профессию я получал физика. Занимался, причем, с бОльшим интересом обсчетом данных, нежели логикой физики. Логику физики я не схватил, о чем, на самом деле, сильно жалею, потому что это вещи безумно интересные. Чтобы заниматься какими-нибудь исследованиями, нужно хорошо представлять себе перспективу — к чему все это делается. Допустим, засовывая порошок меди в пучок нейтронов, нужно себе представлять, что это делаешь для того, чтобы обнаружить свойства структуры, чтобы понять условия их появления, чтобы вывести из них фундаментальных принципы, и, в конечном счете, через сто шагов, придумать-вычислить способ добиться сверхпроводимости в духовке. Исходя из этого, нужно построить такую-то область науки и это приведет к практическим результатам таким-то. Реально наукой можно заниматься, только видя эту перспективу и всю ведущую к ней цепочку, и понимая, что нечто абстрактное, что ты делаешь сейчас, в итоге приведет к практическому результату. В физике я этого не понимал совершенно. А в Интернете понимаю или, по крайней мере, мне так кажется.
Когда в институте я сделал дипломную работу, научный руководитель в своей рецензии так и написал, что Саша замечательно все обсчитал, — конечно, в физике он не очень хорошо разобрался, но зато с компьютерами подружился отлично. А в институте с компьютерами было хорошо. Был, наверное, 93-й год. Поскольку это был академический институт, там были дорогие мощные компьютеры, которых тогда было очень мало, там был какой-то доступ в Интернет, там было, с чем работать. Помню трогательный момент, как я в первый раз увидел Интернет и веб. Это было очень забавно, история вот какая.
В то время все в основном работали под Microsoft DOS. Люди, работающие постоянно под Windows 3.1, считались экстравагантными. А я, надо сказать, в плане физики очень активно пользовался программой Grapher для построения графиков, которая работала под Windows 3.1 и обладала там правильными функциями. И я все время поэтому работал под Windows 3.1, и приходилось перестраивать всю жизнь под него. В какой-то момент я обнаружил, что у меня нет под Windows удобного средства читать Usenet. Usenet был тогда основным средством неперсонального общения. Я стал ходить по конференциям же и искать, какие есть, собственно, под Windows правильные читалки новостей. И прочитал где-то совет, что вот — есть такое «Cello» — браузер, университетская разработка, который, на самом деле, для веба, но вот новости тоже читает. Я его скачал, поставил, а он по умолчанию запускается страницей браузера, а не как читалка новостей. И так случилось (мне до сих пор это очень странно), что в этот момент у институтской сети было прямое соединение с Интернетом. Загрузилась стартовая университетская страница, где, надо полагать, были какие-то слова про гипертекст, что это такое. Посмотрев на эту страницу, повозив мышкой по ссылкам и два раза кликнув, я проникся тем, какая гениальная идея — гипертекст, как это здорово и круто, побежал в соседнюю комнату, позвал приятеля показать, что вот как здорово люди придумали. Я до сих пор помню этот чудесный момент. Идея гипертекста была настолько прозрачной и настолько интересной, поражающей своей простотой и удобностью, что я впечатлился так, что и сейчас этим занимаюсь.

— Если вернуться к «Паравозов News». Что тогда представлял из себя Интернет? На каких скоростях люди работали? Что тогда на вебе было?
— По ощущениям — примерно то же самое, что и сейчас, просто людей было меньше и они были другие. Ну а что принципиально поменялось? Чем определяется скорость, по крайней мере, когда ходишь по русским сайтам, по основным площадкам? Каналы не стали быстрее, они стали толще просто за счет того, что они теперь вмещают больше людей, а быстрее они от этого не стали. И модемы не то, чтобы сильно с тех пор улучшились. Тогда был Courier и сейчас есть Cоurier. Реально по технологии ничего не поменялось. А люди стали менее вовлеченными в среду, они стали более потребительски относиться. Мне кажется, что для нынешних людей Интернет — это совершенно никакая не среда обитания, а некая бытовая деталь.

— Тем не менее, отчего Usenet сменился вебом? Оттого ли, что людей стало больше?
— Я не думаю, что Usenet сменился вебом. Я думаю, что Usenet с тех пор не уменьшился, тут надо смотреть статистику. Просто веб оказался более интересным форматом, более перспективным. В чем, собственно, главное достоинство веба и Интернета в нынешнем его виде? Почему он рулит? Потому что позволяет обращаться к очень большому числу людей очень дешево. Другого такого средства нет.

— Некая такая дешевая вещательная среда?
— Ну, не обязательно. Она может быть достаточно интерактивна. На самом деле, что позволяет обратиться к большому количеству людей, — это несколько неточная формулировка, правильнее — организовать большое количество людей. Usenet не обладал этой чертой. Он имел многие плюсы, которые имеет веб, то есть он позволял собраться большой группе и что-то обсуждать, тут и незнакомые люди, и прелесть анонимности, и новые круги общения, и безграничные горизонты информации, и все дела. Но у него был потолок числа людей, которые в нем могли взаимодействовать. А у веба нет этой проблемы, у него интерактивность другого плана. Он не сменил Usenet, а просто рос независимо и очень быстро. И в силу близости технической перевел многих людей в себя, не потому, что Usenet неинтересен, а потому что Usenet требует, кроме всего прочего, много времени.
Вообще, группы общения, какие-то клубные вещи реально требуют много времени. Особенно в ситуации, когда пользуешься несортированным массовым списком. И у людей, которые стали заниматься вебом, просто не стало оставаться времени на Usenet. Они поэтому перешли на прямые списки рассылки. Это для более узких групп и более вероятно читаемая информация. А Usenet как жил себе, так и живет. Просто сообщество, которое им пользуется, сохраняется или немножко растет, при этом люди приходят в него и уходят. Как в чатах — любой человек, который обладает достаточной внутренней расхлябанностью, условно говоря, который может позволить себе увлечься процессом, не понимая, зачем он им увлекается, и понимая его бессмысленность, — такой человек обязательно когда-нибудь попадет в чаты и подсядет, получая удовольствие от тех плюсов, которые есть в этом общении, и какое-то время, неделю, две, три, месяц проведет в этом чате, а потом он ему надоест. Обычный процесс. Как детские болезни — корь, ветрянка. Вот чат — это то же самое. И Usenet в общем-то тоже.

— Когда «Паравозов» начинался, сколько человек его читало, какие тогда были аудитории?
— Сейчас уже не вспомнить. Может быть, это было несколько тысяч человек в день, может быть, тысяча.

— Немало по тем временам.
— По тем временам это было очень хорошо. Я помню, что когда я в рейтинг «Рамблера» вставал, я переживал, что мне не удается первую строку занять в разделе «СМИ. Периодика». Я был тогда вторым или третьим.

— После кого? После «Вечернего Интернета«, наверное?
— Нет, скорее тогда была на первой строчке Russia Today. Посещаемость с тех пор упала, потому что «Паравозов News» перестал быть для меня коробочкой, куда я прихожу и складываю свои идеи. Когда это все начиналось, я жил и всегда помнил, что у меня есть такой формат, и все кажущееся интересным и забавным я запоминал, а потом тратил время и силы, и адекватно описывал. Сидел, переписывал, перечитывал. А сейчас не так. Теперь на это нет столько времени и столько сил. И сейчас это не очень востребовано. Круг людей, которым это интересно, я теперь могу собрать в список рассылки из 30 человек. Обозрение как формат перестало быть нужным. И на самом деле, стремление к формату обозрения от формата записок погубило в свое время «Паравозов News», убило его. Я же старался делать его потребительски интересным, давать какие-то новости с сайтов, какие-то ссылки, а реально мне интересно-то было, в первую очередь, не это. Но я считал, что это нужно. Мои представления о том, что нужно, меня, как всегда, погубили.

— У меня сложилось такое впечатление, что нынешняя колонка Александра Гагина в «Интернете» как раз отвечает твоим представлениям о том, какой должна быть авторская колонка.
— Нет, нет. В нынешней колонке в журнале я стараюсь вынести какие-то макроидеи, сформулировать. Есть много ситуаций, когда вроде всем понятно, что портал — это плохо, или, наоборот, — хорошо. Но сослаться на то, где написано, что портал — это плохо, некуда. И в колонке я как раз описываю такие общие идеи, в которых чувствую фактуру. Тем таких очень немного. Для меня каждый раз очень сложно придумать новую тему колонки.

— Почему в свое время был придуман псевдоним «Паравозов»?
— Я не помнил об этом уже через неделю. Это имя было у меня в голове, всплывало еще до того. Я не исключаю, что я это где-то уже читал или видел, и у меня это просто отпечаталось в памяти. Это не было придумано специально для обозрения — это родилось автоматически.

— А отчество Зрыч — это от Zhurnal.ru?
— «Паравозов» вообще начал писаться после включение в дискуссию Журнала.ру. У Журнала.ру была редакционная рассылка, куда я подписался. А там были очень колоритные люди. Я включился в их дискуссию, спорил. Они как раз обсуждали вечный вопрос, как нужно делать журнал. Так, чтобы делать интересно для себя и тогда читателям тоже будет интересно, или чистую попсу — так, чтобы было интересно только неким мнимым уродам, которые думают только о том, чтобы поесть, поспать и посмотреть мультики. Я, будучи максималистом, пытался отстаивать идею, что нужно делать специально попсу. Я писал, что если делать попсу на абстрактную публику, то вероятность того, что предложенный мнимым идиотам формат пересечется с реальными интересами реальных людей, будет выше, чем то, что реальные интересы пересекутся с реальными интересами. И как-то в результате вот этого обсуждения и родились первые выпуски «Паравозова». Из некоторой ревности и желания попробовать написать, как это должно быть. Получилось, конечно, совершенно не то, что я отстаивал. Но не совсем. Вот в первых выпусках я мог описывать, что на рекламных плакатах пингвин, а пингвин — это символ Линукса, а Линукс — это то-то и то-то. Была идея, что нужно подавать сугубо технические области через какие-то реальные представления — через реального пингвина на реальном плакате. Потом я включился в работу Журнала.ру, подружился с ними, и поскольку дискуссия в Журнале.ру послужила для меня некоторым началом, так, собственно, и появилось — Зрыч, потому что аббревиатура у Журнала.ру была ZR.

— Почему ты продолжаешь «Паравозова» до сих пор?
— Это как стремление к рекорду Гиннесса. Почему люди могут целоваться в течение 50 часов подряд, не отрываясь? Чтобы зафиксировать факт. Вот это то же самое — чтобы зафиксировать факт. Чтобы было самое долгоживущее обозрение. Правда, сейчас это вызывает у меня сомнения, насколько такая общественная игра имеет смысл. И пишу я совсем нерегулярно. Но потребность изложить какие-то свои неформатные замечания все равно изредка возникает. «Паравозов» — как раз место для них. Сейчас я пишу либо какие-нибудь совсем уже левые вещи, либо отмечаю важные события. Я перестал стремиться к жанру ссылочного обозревательства и к жанру популяризации сложных понятий через простые образы, просто пишу то, что мне в данный момент интересно. Поэтому сейчас это выродилось в место, который посещают 50 человек в день, — и то, не потому, что им очень хочется туда зайти, а потому, что ссылок на этот ресурс очень много наставлено. Впрочем, многие люди говорят, что даже регулярно читают. Такое у меня странное средство общения с заочными друзьями.

— А что тебе сейчас самому в Интернете интересно, чем ты сам пользуешься? Ну, очевидно, почтой.
— Нет. Почта ничем не отличается от телефонного автоответчика, с которого можно делать replay. Почта — не то, чтобы очень интернетовское средство. В почте Интернет вообще перестал быть важной составляющей, он не просто с маленькой буквы там, а просто без первой буквы остался. А я пользуюсь какими-то основными сайтами, плюс тем, с чем связан по работе. Это очень больной вопрос, на самом деле. Мне скучно в Интернете сейчас, конкретно скучно. В каком-то из последних номеров журнала «Интернет» я писал про это — что Интернет мертв, по ощущениям. Конечно, причина такого отношения в первую очередь, в том, что происходит со мной самим (я сильно постарел с тех пор), но и с Интернетом, очевидно, тоже.

— Почему Интернет стал тебе скучен?
— Может быть, то, с чем работаешь…

— Не может быть интересно?
— Нет, то, с чем работаешь, может быть интересно. Работа есть разных типов. Есть работа — не фрилансерская, не творческая — неправильные слова. Как бы сказать — есть работа с некоторым богемным к ней подходом. Когда тебе нравится то, чем ты занимаешься, и когда ты работаешь ровно в тех объемах, в которых тебе это интересно. Когда результативность этого процесса не особенно важна. И главное, что ответственность в этой работе только за себя. Тогда да — интересно. А как только начинаешь заниматься, во-первых, какой-нибудь организационной деятельностью, плюс такой деятельностью, где требуются конкретные результаты, когда это превращается в промышленный цикл, тогда с интересом становится очень сложно совместить. И у меня не всегда получается. Мне, безусловно, интересно то, чем я сейчас занимаюсь. Но в процессе. А я стремлюсь к результатам. А как только начинаешь добиваться какого-то конкретного результата, — возникают другие приоритеты. Это не удовольствие, а достижение. Скажем, интернет-реклама — интересно, а проведение многочисленных переговоров, долгих торгов, подписание договоров, корректировка их — это не очень интересно уже. Менеджерская деятельность, безусловно, тоже может быть интересной, но при условии, что интересна она сама по себе, а не та область деятельности, которая управляется. Если тебе интересно решать задачу построения коллектива, интересна организационная деятельность как самоцель, приводящая к результату, тогда да, это другое дело. Но это не совсем касается меня. Я могу заниматься менеджерскими задачами и довольно успешно, просто потому, что я могу это делать, а не потому, что мне нравится это делать. Интернет стал для меня работой, в первую очередь, и интересом, во вторую. И еще — Интернет перестал идеологически развиваться, по крайней мере, динамика этого развития очень упала. Это связано с падением вовлеченности аудитории при ее росте и, в значительной степени, с тем, что развитие технических средств замедлилось, сместившись в сторону всяких WAP-ов, палм-приборов и пр. А в вещательной области, чем сегодня занимаемся мы, средняя динамика очень невысока.

— Тем не менее, ты занимаешься административной деятельностью.
— Да. Но чтобы быть идеальным человеком в этой области, надо чаще принимать правильные решения. Меня слишком заносит иногда. Я слишком фантазер.

— Когда ты начал зарабатывать деньги на Интернете?
— Когда я начинал работать в компании Jet. До этого я в ОИЯИ в лаборатории теоретической физики был общим сисадмином. Это тоже с Интернетом было связано, и зарплату получал, но там Интернет не доминировал. А чисто на Интернете я начал зарабатывать, по сути, когда начал писать «Паравозова» для «Ситилайна», и дальше — в «Нетскейте«.

— Как начинался «Нетскейт»?
— «Ситилайн«, чтобы делать контент, собрал у себя всяких разных обозревателей. Потом у руководства «Ситилайна» появилась идея выделить это все в отдельную компанию, вступить в партнерство с Сергеем Скатерщиковым, который купил тогда Observer.ru — московское обозрение, электронный журнал был такой очень хороший, который умер сразу же после покупки, собственно говоря. И журнал «Планета Интернет» тогда предполагалось купить. Как-то хотелось эти идеи слить вместе. Причем, уже были мысли про капитализацию и все такое. Скатерщиков был очень похож на Гейтса, в том числе и внешне.

— Кто такой Сергей Скатерщиков?
— Сергей Скатерщиков — это предприниматель, который в сотрудничестве с Independent Media издавал финансово-аналитические вещи, да и издает еще, наверное, просто я не видел его очень давно. По-моему, спортивно-букмекерский клуб TennisI на Pifagor.com — это его проект, и с Red-Stars.com он, кажется, тоже как-то связан. Компания Скатерщикова была одним из учредителей «Нетскейта», а вторым — компания, объединившая ситилайновских учредителей, главным из которых был Емельян Захаров. «Нетскейт» был создан, чтобы он занимался всяким Интернетом. И он им и занимался. Туда была приведена «Студия Лебедева«, тогда еще называвшаяся WebDesign. Сняли подвал на Смоленской площади, и мы там сидели, начинали делать журнал, делали сайты.

— Лебедев делал тогда сайты под маркой «Нетскейта»?
— Да, хотя и недолго. Там были люди из команды Обсервер.ру, там были люди, которые должны были заниматься платежной системой. Постепенно все это начало расслаиваться, потому что какие-то направления были успешными, а какие-то неуспешными. Лебедев стал отдельной компанией, журнал переименовался в «Интернет». Финансовое направление отделилось. В итоге остался тот «Нетскейт», который жил вплоть до продажи его активов «Медиа-Мосту».

— Что за история с «Планетой Интернет», когда редакция, выпустив первый номер, ушла в другой журнал — «Интернет»?
— Да я, не будучи ни финансистом, ни совладельцем, толком так этого и не понял. Есть много версий на этот счет. Считалось, что Влад Каширских продал Скатерщикову журнал, а потом оказалось, что не продал. И случился конфликт, в результате которого «Планета» осталась отдельно, а мы остались отдельно с созданной редакцией, с оборудованием, с идеями, форматом и всем остальным. Поэтому зарегистрировали новый журнал — «Интернет».

— Как ты воспринимаешь тусовку из того времени сегодня?
— Замечательно воспринимаю и очень жалею, что мне не удается много времени проводить с этими людьми, потому что главное, чего я добился во времена писания «Паравозова» — это знакомство со многими замечательными людьми. Они никуда не делись, они и сейчас мне не менее интересны, просто мне кажется, что они меньше поменялись, чем я. Я как-то пришел и прошел дальше, по касательной, в другие, более скучные миры, а они остались в старом, добром. Хотя, наверное, так кажется всем нам. Тогда тусовка была гораздо богаче и шире, потому что было больше людей, проходящих по касательной. Сейчас, наверное, появилось много других групп и не менее интересных, просто я с ними не очень знаком. Из старой тусовки с кем-то у меня остались сильные деловые контакты, поскольку они тоже занимаются индустриальной деятельностью, а с кем-то просто хорошая дружба.

— Когда ты приехал в Москву?
— 12 лет назад я приехал сюда учиться в институт, закончив среднюю школу в городе Энгельсе, не зная ни одного человека вокруг, будучи еще не очень самостоятельным, достаточно юным, практически пай-мальчиком, без достаточного культурного опыта, без связей, без представления о том, что происходит вокруг меня. Нельзя сказать, чтобы наивным, просто с принципиально меньшим багажом опыта за плечами. С тех пор я прошел довольно заметный путь и прошел по касательной ко многим возможностям просто потому, что не был человеком достаточно уравновешенным, чтобы все время заниматься одним делом, делом с большой буквы. Я занимаюсь многими делами и двигаюсь постоянно. За несколько лет в той области, в которой я работаю, я выбираю практически все, что там есть для меня интересного, насыщаюсь, и мне становится скучно.

— То есть Интернет тебе скучен и поэтому тоже?
— И поэтому тоже. Хотя кратковременные возвраты в сладкое увлекательное прошлое бывают. Скажем, когда я за двое суток запрограммировал Forum.msk.ru в сентябре 98-го, это были лучшие дни в том году. Это были двое суток, когда я сидел и программировал, не отрываясь от компьютера, тут же поспав на диванчике 2 часа. Я не хотел ни спать, ни есть, ни пить, так увлекся процессом. Подобные кратковременные возвраты в прошлое бывают, когда садишься, включаешься в давно забытое окружение, и хорошо просто от этого, потому что ностальгия — вещь сладкая. Сейчас у меня на днях была такая история, когда вышел в отпуск и посвятил пару дней исследовательскому проекту smart.information.ru.

— Что дальше? Чем ты будешь заниматься?
— Можно сказать с вероятностью 99 процентов, что я еще несколько лет буду работать на своем нынешнем месте работы — в «Мемонете«. То, что произойдет за это время со мной — это то, что произойдет с компанией. Надо сказать, что будущее компании гораздо лучше предсказуемо. И сейчас я могу легко себе представить, куда я буду двигаться. За тот год, который я здесь проработал, я научился лучше управлять людьми. Это как мышцы тренируются — чем больше их нагружаешь, тем больше они растут под нагрузку. Но сейчас система пришла в более-менее равновесное состояние, то есть нет постоянно растущего объема задач теми темпами, как это происходило при создании компании, когда вся структура росла с нуля. Сейчас я смотрю больше на то, что мне интересно, а интересна мне интернет-реклама, на самом деле.
У меня есть безумные представления, что должно с ней происходить. Как я говорил, в физике нужно смотреть, что происходит с куском меди, подставленным под пучок нейтронов, для того, чтобы… Как говорили про Алферова — что благодаря ему CD-player’ы работают. Вот в интернет-рекламе я вижу такую перспективу — как, благодаря нынешней дурацкой деятельности по размещению баннеров и т.д. в итоге может произойти что-то большое и важное. Есть идея, что Интернет, будучи глобальной и интерактивной средой, может довести общество до состояния, когда реклама как понятие исчезнет, а потребительская жизнь человека будет, во-первых, вся учитываема, а во-вторых, полностью прогнозируема. Соответственно, если она будет прогнозируема, то и производство можно построить так, чтобы производить ровно столько, сколько реально потребуется. Это принципиально увеличит эффективность любой производственной деятельности, в том, что касается бытовой, потребительской жизни человека. И то, что сейчас делает интернет-реклама — это всего лишь один шаг в этом направлении. Мы немыслимо трудно и запутанно движемся в сторону векторной рекламы, в сторону странных форматов, в сторону точечного маркетинга, — это и ведет к тому идеальному обществу, в котором практически коммунизм, потому что не требуется никакого перепроизводства.
Так что я сейчас занимаюсь в «Мемонете» рекламой. Это Reklama.ru, в том числе. У меня есть планы, как позиционировать Рекламу.ру. Я буду заниматься также продажей рекламы на наших ресурсах и какой-то общей маркетинговой деятельностью вокруг этого. Впрочем, ситуация быстро меняется.
За этот год мной был построен отдел интернет-промоутеров, который теперь есть, конечно, в любой крупной структуре, но год назад такой профессии еще не было. Тем более, чтобы это был целый отдел в компании. Здесь построено конвейерное производство, и в ближайшее время я его буду дальше развивать. Это будет одно из основных направлений моей работы.

— Чем ты сейчас занимаешься в «Мемонете»? Какова твоя должность, твои обязанности?
— В «Мемонете» вообще нет закостенелой организационной структуры, все быстро меняется. Изначально идея была в том, что я «делаю сайты». Так это вкратце называлось. Фактически под моим руководством было построено веб-издательство. Структура «Мемонета» вообще такова. У «Мемонета» две дочерних компании — «НТВ-Интернет» и «НТВ-портал». Еще есть журнал «Интернет», но он совсем отдельно. «НТВ-Интернет» — провайдер, а «НТВ-портал» (на самом деле официальное название — «НТВ-портал.com») — это контентная компания, которая действует на рынке под именем «Мемонета». То есть «Мемонет» — это и компания, и торговая марка, под которой действует «НТВ-портал». Который, в свою очередь, состоит из двух частей — объединенной редакции проектов и производства (это программисты, сисадмины, дизайнеры, верстальщики, рекламщики, сейлз, менеджеры, проектировщики). С момента создания компании и до недавнего времени я руководил всем производством, но очень хотел это с себя сбросить. И к нам как раз пришел Виктор Зеленцов, который раньше в «Демосе» руководил контентной частью, и ему, коль скоро у него был хороший опыт в этой области, я и передал нерекламную часть производства. Поскольку рабочая схема была достаточно хорошо отлажена, на это не потребовалось много времени. После этого я неделю испытывал большое удовольствие, сняв с себя текучку. Но понятно, что работа — дело такое: она не то что в лес не убежит, она на тебя вешается. У меня остались некоторые разрабатываемые собственные проекты и интернет-реклама в «Мемонете». И я сейчас этим занимаюсь.

— Кто входит в топ-менеджмент компании «Мемонет»?
— Генеральный директор — Владимир Валерианович Ленский, он сидит в центральном офисе «Медиа-Моста» и занимается стратегическими вещами. И он, кроме того, является исполнительным директором «НТВ-Плюс«, поэтому занимается в оперативном режиме в основном «НТВ-Плюс», а здесь — только ключевыми вопросами. Испольнительный директор «Мемонета», который занимается оперативным управлением, — Евгений Владимирович Ройтман. Он же генеральный директор «НТВ-портала» и «НТВ-Интернета». Дальше — что касается контента — есть Аля Пономарева, главный редактор журнала, есть Носик со своим заместителем Борисом Банчевским, которые занимаются всеми редакциями. И есть я и Зеленцов. Зеленцов теперь — производство, а я — реклама.

— При первом взгляде на «Мемонет» создается такое впечатление, что под вывеской одной компании собраны случайные ресурсы. Какой-то концепции, идеологии не просматривается. Как бы ты мог ее определить?
— На самом деле, полгода назад это действительно было так — была некоторая пачка, несвязная совершенно. Сейчас более-менее все структуризовалось. Есть большая ветвь НТВ и сопутствующих проектов. Это НТВ.ру, НТВ-спорт.ру, Миркино.ру. Это — сайты, интегрированные с НТВ и «НТВ-Плюс» — идеологически, по структуре дизайна, по методу получения контента. Это основной блок, продукт совмещения идей Носика, идей Банчевского, умений и возможностей производства, которое досталось от «Нетскейта» и которое было мною выращено, и возможностей холдинга — интеграции с тем, что есть в офлайне. Подается в обертке от «НТВ-Дизайна».
Дальше. Есть Анекдот.ру, есть Реклама.ру и журнал. Кроме этого, остаются «Заголовки» с «Ньюсботом» и MSNBC. Но эти последние не считаются.
«Заголовки» — это такой исследовательский проект, не ставший индустриальным. Потому что мои фантазерские идеи не были мной достаточно разъяснены реальным изготовителям, и, стало быть, было сделано не совсем то и не совсем так, как надо было сделать, а у меня не было времени подробнее этим заниматься. Плюс там изначально были заложены идеологические проблемы. Например, предполагалось, что человек захочет много чего настроить. Это оказалось принципиально неправильной идеей. Никто ничего не хочет руками трогать. Есть маленькая группа пользователей, 5 процентов в лучшем случае, а скорее один процент, которым интересно настроить, а у нас там настройка была сложная, а без нее смысла проекта не было видно. Другая ошибка — что удобно получить много информации сразу в одном месте. А это не нужно. Плюс не в пользу проекта сыграли ошибки в производстве. Идея множественных дизайнов была загублена на корню тем, что множественные варианты, которые там предлагались, реально не являлись разными дизайнами, они были разными расцветками одного дизайна. СМИ.ру, опять же, тогда вышел с той же схемой, но к которой были добавлены редакционные усилия. Я же всегда стремлюсь к тому, чтобы сделать полезный и посещаемый сервис без редакционных усилий — как Forum.msk.ru. Оказалось, что нет, что нужна все-таки ручная фильтрация, нужны какие-то дополнительные сервисы. Чистые технологии сейчас отдельно не проходят. Сервис сейчас есть, он в принципе работает, его можно переделать и запустить с новым качеством, но стало понятно, что отдельно такой сервис никому не нужен, что он может существовать в рамках портала, он может жить лишь как бонусный сервис. И главное, идея, что можно собрать новостную ленту, которую сайты будут ставить к себе, а ссылки будет вести на оригинальные источники, с тех пор прокисла, потому что новостной процесс коммерциализовался. Например, Mail.ru стал брать деньги за клики с новостных лент, — конечно, это не было началом процесса, но стало некой проклятой точкой, в которой обломилась идея, что Интернет — открытое пространство. А «Заголовки» на это были рассчитаны. «Заголовки» — живые, ими пользуются 500 человек, у проекта есть громадная база онлайновых новостей. Но он не состоялся как магистральный проект, а значит практически не существует.
MSNBC — тоже не существует в некотором смысле. Тот трафик, который там есть, плюс отсутствие динамики роста, означают, что проекта уже не существует. С MSNBC была другая проблема. По условиям лицензии мы обязаны были ставить ссылку на английский первоисточник, и это пугало пользователей.

— Как все это дальше будет развиваться? Вы будете организовывать все в портал? Выращивать новые разделы для НТВ.ру?
— В первую очередь, конечно, будет развиваться НТВ — будут запускаться околоэнтэвэшные тематические проекты. Если сейчас есть спорт и кино, будут — религия, которая, собственно, как новостная лента уже есть, будет экономика, которая как новостная лента уже есть, будут еще какие-то разделы, сильно интегрированные с НТВ. Будет новая версия «Анекдотов», которая на днях должна запуститься в открытое тестирование, а появится в полном объеме, надеюсь, к 1 января. Там сделано, чтобы разделы все были более доступны, потому что сейчас там работают только анекдоты, а остальные разделы теряются. Структуру мы сделали более упорядоченную. Это все плюс-минус готово, просто надо взять тряпочку, вытереть грязь, налипшую в процессе, и запустить. Будет развиваться Реклама.ру.

— У меня такое впечатление, что последний год Реклама.ру находится в застывшем состоянии. Сейчас приличная конкуренция в баннерных сетях. И Реклама.ру занимает в общем ряду не первые позиции.
— Она давно не занимает первые позиции. Уже в 97 году лебедевский движок технологически проигрывал конкурентам. Плюс его закрытая политика обрекала на меньшую популярность. Сейчас средний трафик возрос пропорционально росту аудитории, и это при том, что мы расстались по нашей инициативе с «Фоменко» и «Идиотом«. Относительные позиции, может быть, и ухудшились, а абсолютные — нет. Реально участников обмена стало больше, за год процентов на 20-25 их число выросло. Сейчас сервис гораздо лучше, чем когда это забиралось у Лебедева — вычищаются мертвяки, лучше следят за накрутками, работает выкуп.

— Кто из крупных площадок пользуется сейчас Рекламой.ру?
— «Апорт«, «Народ«, «Анекдотов.нет«. С другими большими, типа Mail.ру, вообще странно. Они сегодня включат, завтра выключат, у них много стоит разных обменников и они пользуются теми, которыми удобно сегодня. Реклама.ру — очень традиционалистская система. Я принципиально почти ничего в ней не менял с тех пор, когда мы приняли управление от Лебедева. Потому что стабильность для такой штуки, по-моему, очень важна. И потом, как известно, 10 процентов возможностей удовлетворяют 90 процентов потребностей. Я хочу ввести какие-то новые возможности технологии и введу, но это будет планомерный процесс. То, что я хочу сделать, в основном, связано с тем, что я буду увеличивать продаваемость рекламы, чтобы участники больше продавали нам, мы больше продавали клиентам, чтобы Реклама.ру стала в большей степени рекламным агентством для среднепосещаемых сайтов, которые не настолько большие, чтобы продаваться отдельно как бренд. Это же известная проблема, что верхушка рейтинга получает все основные деньги от рекламы. А Реклама.ру как раз входит в эту верхушку, получает деньги, и распределяет их дальше — тем сайтам, которые сами не могут получать рекламу в силу того, что посещаемость их не дотягивают до критического уровня прямой продаваемости, но при этом имеют нормальный трафик и достаточное качество. Такое специальное рекламное агентство, превращающее показы сайтов в анонимный товар — показы сети.

— То есть «Мемонет» во многом — просто большой придаток НТВ?
— Нет. Во всех этих проектах есть собственные редакции, которые практически всегда, ну, разве что, кроме проекта «Герой дня», могут жить в отрыве от телекомпаний и от офлайновых ресурсов.

— Какова примерно численность редакций?
— Я не уверен в нынешних цифрах, поскольку это не в моей компетенции, но по порядку — существенно больше сотни. Из них только половина или, может быть, две трети работают над уже открытыми сайтами. Многие проекты, не будучи запущенными, работают в пилотах, или их сотрудники занимаются разработкой.

— Какова бизнес-схема, согласно которой живет «Мемонет»?
— С одной стороны, «Медиа-Мост» дает деньги, чтобы «Мемонет» делал его адекватное отражение в Интернете. С другой стороны, «Мемонет» сам зарабатывает. Во-первых, на продаже рекламы. Во-вторых, в компанию входит провайдер «НТВ-Интернет», которому тоже важен свой контент. НТВ.ру, кстати, для простых модемов почти не годится. Для них сделана текстовая версия text.ntv.ru, а обычную грузить долго и неудобно. мы не делали этого специально, но так получилось, что НТВ.ру хорошо смотреть, пользуясь услугами «НТВ-Интернет». И это только одна из связей контента и провайдера. Есть еще спутниковый push, интерактивное телевидение и другие интересные вещи, которые пока не запущены. В среднесрочной перспективе есть и другие варианты зарабатывания денег, например, продажа прав на редакционные продукты холдинга через Интернет. Но наиболее понятная область — это реклама.

— Ощущает ли «Мемонет» на себе последние события вокруг «Медиа-Моста», связанные с арестом Владимира Гусинского.
— Мы сильно ощутили начало этой компании, потому что когда были первые обыски летом, как раз они были у нас здесь, в этом здании. Меня предупредили и я не приехал в офис, поэтому сам не видел, но люди рассказывали, что был замечательный момент, когда все работали по комнатам, а в коридоре ровной шеренгой молча стояли люди в штатском, очень вежливые, не ругались, не мешали работать, сторонились, давая пройти. А кроме того инцидента — в общем, нет. Мы этого практически не чувствуем, поскольку мы пока достаточно инфраструктурная, а не публичная часть холдинга.

— Если в ближайшее время в «Медиа-Мосте» произойдут кардинальные перемены, например, он полностью перейдет к «Газпрому» или что-то еще. Что будет с «Мемонетом»?
— Насколько я могу судить, мы будем проданы в последнюю очередь. Во всяком случае, во всяких черных списках мы появлялись по минимуму, если появлялись вообще.

— В течение двух лет ты был главным редактором журнала «Интернет». Сейчас ты «шеф-редактор» этого издания. Что такое шеф-редактор?
— Ну, когда приходит новый номер, я прихожу, сажусь и говорю — ну что за отвратительная у вас обложка, и зачем пропустили этот дурацкий текст, а здесь вот хорошенькая иллюстрация, и, кстати, — есть такая-то милая тема на следующий номер. В общем, это почетная такая должность.

— Что-то вроде внутреннего рецензента?
— Да, что-то в этом роде. Духовник-куратор.

— Сейчас главным редактором журнала является Аля Пономарева. Как ты относишься к новому главному редактору журнала «Интернет»?
— Аля замечательная. Я вижу, что за последнее время журнал пошел вперед, потому что там есть свежие силы, свежие идеи. Глядя сейчас как бы снаружи, мне кажется, что многое можно делать лучше. Но объективно я понимаю, что в условиях того времени, которое есть на подготовку каждого номера, тех возможностей, того количества сотрудников, которое с этим работает, при условии наличия 24 часов в сутках, это хороший результат.

— Расскажи про проекты, которыми ты занимаешься сейчас не в рамках «Мемонета».
— С 98 года, когда Сорос проводил грантовый конкурс по поддержке культурных проектов в Интернете, мной и с моей поддержкой были запущены несколько проектов. Это не какие-то проекты, рассчитанные на массовость, а вещи, скорее исследовательские по своему характеру. То, что я делаю сам — это некое продолжение проекта Forum.msk.ru. У него несколько раз менялось рабочее название, но в итоге остановились на Obsudi.ru. Домен уже зарегистрирован, и программа давно уже работает, сейчас дизайн прикручиваем и доводим напильником.
Модель состоит в том, что если на Forum.msk.ru пользователи сами писали тексты в виде статей, сами их обсуждали, а редактор занимался только корректурой и расстановкой абзацев, то в этой модели сделана попытка организовать дело так, чтобы даже и эту минимальную управляющую деятельность осуществляли бы пользователи. Активные пользователи таких форумов хотят этим заниматься и делали бы это хорошо и грамотно. Просто для этого им надо предоставить соответствующее средство. Мы сделали такую модель, что человек, в зависимости от того, сколько времени он проводит на сервере, насколько он активно участвует, насколько хорошо оценивают его деятельность и его тексты люди, получает бОльшие права, вплоть до возможностей исправлять базу пользователей, корректировать и редактировать тексты и т.д. Логика очень простая. У каждого куска текста — у сообщения в гостевой книге, у статьи, у новости, у цитаты — есть некоторый рейтинг, и у каждого человека, который зарегистрирован на сервере, есть рейтинг. Соответственно, рейтинг текста складывается из оценок, данных ему разными людьми. Если десять человек с рейтингом 10 нажали плюс, то у статьи будет рейтинг сто. Есть коэффициенты и веса некоторые, но идея — примерно такова. У человека, который написал блок текста, рейтинг меняется. Такая вот взаимосвязанная система. Активные участники, которые хорошо и много пишут, будут иметь большой рейтинг и будут иметь большие права на сервере, включая блокирование IP-адресов, внесение каких-то людей в черный список и т.д. Модель эта запрограммирована. Видимо, в ближайшее время я буду начинать рекламную кампанию этого сайта. Основная проблема там в том, чтобы сделать сбалансированный набор коэффициентов и весов. Это задача очень сложная. Посмотрим, как запроектированное будет работать. Понятно, что внесутся какие-то существенные коррекции.

— Какова будет тематика этих форумов?
— Там будет три основных раздела: общество и политика, компьютеры и Интернет, искусство и культура. На первом этапе я думаю сам немножко пописать. Поскольку на Forum.msk.ru была политика в основном, то и здесь насчет политики у меня запланирован цикл из семи статей. Переход с рублей на евро, интеграция России со скандинавскими странами, перенос столицы в Петербург, индустриализация океана, организация экспорта ресурсов и т.д. Я собираюсь пописать такие колонки в жанре политического бреда. Некая ветвь «Паравозова». Посмотрим, что получится.
А другой проект — он не совсем мой. Я там принимал активное идеологическое участие и проектировочное. Это «интеллектуальный каталог» smart.information.ru. На нем описано, какая идея там заложена, что сделано и как сделано. Вкратце — реализована в модели идея динамического каталога, где к каждому объекту привязан набор ключевых слов, а ключевые слова связаны между собой деревом понятий, за счет чего можно устраивать динамический рубрикатор и быстро находить в базе объект. По каталогу можно ходить как по тематическому рубрикатору, так и по алфавиту, так и вводя ключевые слова. Человек будет находить результат в меньшее число шагов, что очень важно для каталога. Мне сейчас, например, на Yahoo! страшно заходить, но лучше никто ничего не придумал. Когда-то каждый приличный программист должен был написать свою ОС, теперь каждый интернет-менеджер должен сделать свой каталог. И это — как раз мой вариант. Посадить дерево, вырастить дочь, построить каталог.

— Есть в этой жизни работа, есть семья (она у тебя уже сложилась), есть какой-то вектор личного развития. Как эти стороны жизни соотносятся у тебя между собой? Чему на нынешнем этапе ты отдаешь предпочтение?
— У меня в свое время была модель, что жизнь — это такой кубик Рубика, у которого каждая сторона — это грань жизни. Условно говоря — здоровье, творчество, семья, деньги, карьера. И когда человек живет, он собирает разные грани. Начал он собирать кубик, и у него собралась грань творчества. Вот как интересно. А соберу-ка я еще грань здоровья. А соберу-ка обе сразу. Собрал — а вот тут еще третья грань обнаружилась. Научился собирать все три — получай четвертую. А смысл жизни — придумать такой алгоритм сборки этого кубика, чтобы собрать все грани разом, независимо от их количества. Этакая очередная версия «буддизма в картинках». Сейчас у меня наибольший разброс кубиков на грани творчества и самоудовлетворенности. У меня все хорошо с работой, достаточно хорошо с материальным благополучием, замечательно с семьей, а творчество захромало, да и здоровье не вернешь. Но я стараюсь.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *